![]() |
|
|||||||
|
|
Опции темы | Поиск в этой теме | Опции просмотра |
|
#5
|
||||
|
||||
|
Мне и раньше встречались разрозненные сведения об особой исторической роли невербальных ритмизированных акустических сигналов. В итоге образовался следующий сухой остаток (оппоненты могут назвать его песком!):
• между животным языком, т.е. языком инстинктивных сигналов, и языком человека хронологически, вероятно, существовал особый период развития речемыслительной системы; • этот период был связан со структурными пробразованиями головного мозга гоминида, краниологически выразившемся в его гипертрофии; • указанные преобразования сопровождались психофизиологическим обособлением зон ГМ, что потребовало выработки дополнительных внутренних кодов для взаимодействия мышления (выраставшего из элементарной рассудочной деятельности животного) с этими зонами, поставлявшими мышлению особую внутреннюю среду, подобную в своих основных свойствах (стохастичность, непредсказуемая изменчивость) среде, окружающей организм; • в дальнейшем эти внутренние коды вышли на поверхность, наложились на архаичные акустические сигналы, возникла речь, языки. В такой обстановке в течение довольно длительного безъязыкового периода ритмические акустические сигналы, прообораз речевой просодии, не могли не сыграть существенную роль в эволюции палеочеловека. Вначале -- суггестивно и инфлюативно адресованные объектам охоты, затем -- направленные на самок. Конечно, это не была музыка, музыка впоследствии возникла не без этого фундаментального вклада. |